НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    ССЫЛКИ    КАРТА САЙТА    О САЙТЕ


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Комариная география

Во всех частях света известно приблизительно две с половиной тысячи видов комаров*, из них 1900 видов приходится на тропические и субтропические области. Но и в этих зонах виды распределены неравномерно. Если сравнивать разные зоогеографические регионы, увидим, что наибольшего видового разнообразия комары достигают в Неотропической области: в Центральной и Южной Америке обитает одна треть всех известных видов. Еще одна треть их живет в Восточной области, охватывающей тропическую Азию и Малайский архипелаг. В Эфиопской области (Африка к югу от 20-й параллели) живет лишь одна шестая зарегистрированного в мире числа видов. На обширных пространствах Палеарктической области (Европа, умеренная Азия и Северная Африка с Сахарой) встречается менее 9%, а в Неарктической области (Северная Америка) менее 7% от мирового количества видов.

* (По другим данным, число известных науке видов комаров превышает 25 тысяч. В СССР свыше 2800 видов.- Прим. перев.)

Итак, особенно многочисленны виды тропических и субтропических комаров, что вполне соответствует нашим представлениям о душной влажности тропических низменностей, поражающих обилием самых разнообразных водных поверхностей. В тропиках есть и обширные аридные (сухие) области, но и в них живут комары. Нередко здесь им для поддержания популяции хватает одного колодца или другого ограниченного источника воды.

Проникли комары и в арктические северные широты. Встретить комаров можно и за полярным кругом, и в высокогорных местностях. Словом, эти насекомые приспособились повсеместно и заселили все части суши, за единственным исключением: нет их на острове Исландия, хотя на той же географической широте, к востоку и западу от него на Скандинавском полуострове и на Гренландии они встречаются в изобилии. И еще один островной край в какой-то степени можно считать исключением: на Гавайских островах обошлись без малярийных комаров.

Но вернемся в Арктику, где количество видов комаров невелико, но зато водятся они в таком невообразимом множестве, какого порой не бывает и под тропиками. Очагами массового размножения здесь служат бесчисленные мелкие водоемчики, остающиеся после обширных разливов при таянии снега, прежде всего на равнинах, где под тонкой корочкой почвы вечная мерзлота. За короткое арктическое лето появляются на свет несметные полчища комаров. Им нужна пища, а теплокровных животных, за чей счет они могли бы питаться, здесь не так уж много. Оленьи стада в период массового лёта комаров покидают угрожаемые территории, и комары неистово набрасываются на все живое, что остается. Настоящую скандинавскую комариную напасть, пережитую им в начале нашего века в Лапландии, живо изобразил путешественник Поттингер (Pottinger): "На лошадей страшно было смотреть: от ноздрей до хвоста и от копыт до хребта, их, несчастных, покрывало нечто, напоминавшее с виду серое мохнатое одеяло, но при более близком рассмотрении оказалось, что это комары, сидящие так плотно друг к другу, что на животных не было места хоть с наперсток величиной, не занятого ими. А лошади, дрожа всем телом, встряхивая и отмахиваясь хвостами, продолжали пастись, сознавая урон, причиняемый насекомыми их жизненной силе, и потребность восполнить его пастьбой. Самым интересным, или, если быть точным, единственным, что было примечательного в тот день в нашем походе по местности, было огромное скопище комаров, которые - потому что погода стояла все время ясная, тихая и теплая - неотвязно преследовали людей и лошадей. А когда наша группа укрылась в одной из пещер, чтобы передохнуть, в воздухе вокруг лагеря повисла такая тьма комаров, что они заполняли собой все пространство и, словно густой вуалью, заслоняли солнечный свет. Я бы сказал что можно было палкой писать буквы в роях комаров. Рои были такие густые, что только что выведенные буквы в следующее мгновение снова сливались в одну сплошную массу".

Не менее красноречиво и свидетельство русского естествоиспытателя и путешественника А. Ф. Миддендорфа, исследовавшего Сибирь в 60-е годы XIX в.: "Кровожадные, сидящие в три-четыре слоя друг на друге комары покрывали наше тело, постоянно зондировали своими хоботками и находили любую щелку, любое уязвимое место в нашей одежде. Своими уколами они татуировали на нашей коже такие же узоры, какие были вышиты на наших меховых одеждах, так как сквозь отверстия от иглы просовывали свои хоботки, не пропустив при этом ни одного отверстия. От комаров не было никакого спасения, они лезли к нам в рот, нос, уши и глаза. Невозможно было ни смотреть, ни слушать, ни дышать. Одним ударом можно было убить тысячу, а миллион их бросался на освободившееся место. Ни о каком наблюдении не могло быть и речи. Ночью комары нашли путь и под одежду, которой мы накрылись. В лихорадочном смятении проходила ночь без сна, а когда наконец сон сморил нас, он не принес нам облегчения. Мы просыпались с распухшими губами, с затекшими глазами и опухшим лицом, чтобы принять новые муки. Очевидно, комары решили любой ценой напиться крови вволю хотя бы раз в жизни. Голод мучил их, должно быть, даже сильнее, чем они мучили нас своими укусами. В этой пустынной местности, где совсем нет зверей, мириады комаров все равно должны погибнуть, не получив желанного глотка. Гумбольдт в болотах Барабинской степи в Сибири тосковал по берегам Ориноко, которые до этого описывал как места, кишащие комарами".

На проблему комаров в высоких географических широтах мы можем взглянуть и иначе, чем она видится измученному путешественнику. Их грандиозное множество играет важную роль в поддержании существующего в природе равновесия. Комариные личинки в короткое холодное лето Арктики, а именно в это время там гнездится большинство северных птиц, представляют собой решающий, а часто и единственный доступный компонент их корма. От комаров буквально зависит, быть или не быть здесь прежде всего уткам и другим водоплавающим птицам. Мир арктических птиц, не будь комаров, очень существенно бы пострадал, а некоторые виды за полярным кругом вообще не могли бы обитать. Похожую картину мы могли бы наблюдать и в других местах, например в Азии - в четко выраженных экстремальных природных условиях высокогорных областей Тибета.

Пока что все время мы говорили о комарах в общем, не касаясь вопроса о географическом распространении отдельных видов. Да и сделать это просто немыслимо - мы вышли бы далеко за рамки этой книги, даже если бы захотели рассмотреть зоогеографию только тех видов, какие можно встретить в ЧССР. Поэтому расскажем хотя бы о трех видах, относящихся к наиболее распространенным.

Первенство держит обыкновенный пискливый комар (Culex pipiens), обитающий на всех континентах. Важную роль при этом играют его неприхотливость и высокая приспособляемость. Он может выводиться в различных небольших водоемах и даже просто в лужах или бочках с дождевой водой. Его личинки не погибают даже в воде, сильно загрязненной органическими веществами. Плодовитость самок комара велика, и даже в наших широтах они дают за год 3-4 поколения, так что не мудрено, что комары этого вида особенно многочисленны у нас. С наступлением холодов эти комары хотя и пропадают в природе, но не погибают. Зимуют во всяких, какие только можно себе представить, укрытиях, но прежде всего в подвалах с небольшими колебаниями температуры и высокой влажностью. Стены в таких местах становятся просто черными от комаров: на одном квадратном метре их наберется в общей сложности до 10 тысяч! Как видим, этот комар обосновался совсем недалеко от людей, часто места его развития находятся в непосредственной близости от жилища людей, и он охотно проводит зиму прямо в постройках. И все же на человека комар нападает лишь изредка. Предпочтение он оказывает птицам - самым разным. Да и способ копуляции влечет комара в природу, необходимую ему для брачных танцев.

У пискливого комара, о чьих повадках только что сказано, есть родичи, пользующиеся очень худой славой. Они причиняют немалое беспокойство специалистам по медицинской энтомологии - практикам и теоретикам, не говоря уже о том, что мучают людей - и пациентов в больницах, и молодых мам в родильных домах, и жителей современных населенных пунктов - в общем, всех, кто становится в домах жертвами комариных напастей, в том числе и в зимнее время. Виновник всех этих бед наших - назойливый комар Culex pipiens molestus. Этот комар и обыкновенный пискливый похожи друг на друга как две капли воды. Некоторые энтомологи нашли различительные признаки у этих комаров и описали их как самостоятельные виды или подвиды. Другие же доказали, что выявленные морфологические признаки изменчивы, и всё сведено было к различиям в биологии комаров, а различия эти действительно кардинальны. Судите сами: выйдя из состояния куколки, самки назойливого комара не спешат во что бы то ни стало напиться крови: в их яичниках и без этого созревает первая носка яичек. К тому же эти комары способны спариваться даже в предельно ограниченном пространстве (достаточно и нескольких кубических сантиметров внутри пробирки), а развитие их не прекращается и зимой. И самая большая разница: назойливый комар агрессивно нападает и на человека.

Скопища назойливого комара не раз обнаруживали в некоторых зданиях и у нас, причем самки нападали на людей преимущественно в зимние месяцы. Выводился комар в воде вблизи от отопительных трубопроводов, например в каналах под центральным отоплением, на дне шахты лифта и т. п. В летний период комары исчезают, вероятно потому, что самки переселяются в природу, там же находятся и летние очаги размножения. Родившиеся здесь комары изредка нападают на человека в природе, и их совсем не просто отличить от пискливого комара. На зиму они перебираются в подвальные этажи зданий, где находят для себя благоприятный микроклимат и продолжают свой цикл развития. Если в ЧССР назойливый комар появляется в единичных случаях, то в южных областях он встречается явно чаще, но там приуроченность его к очагам развития в зданиях не столь очевидна.

О проблеме "пискливый комар против комара назойливого" много было написано и еще больше сказано. Она даже обсуждалась на IX энтомологическом конгрессе (Амстердам), где была учреждена и специальная международная рабочая комиссия.

С тех пор прошло три десятилетия, но ученые по-прежнему придерживаются диаметрально противоположных мнений. Одни предполагают, что дело касается двух самостоятельных видов, другие считают, что речь идет о двух экологических формах одного вида.

По масштабам географического распространения следующее место занимает тропический комар Aedes aegypti. Его называют скитальцем, который якобы пристроился к ватагам завоевателей и торговцев и со своей исконной прародины - Африки - расселился по теплым странам других материков. Это одна из гипотез, но есть и другие, в том числе и прямо противоположные представления, вызвавшие ряд дискуссий и полемик. Тропический комар наряду с малярийными комарами - самый опасный переносчик инфекций человека, особенно жёлтой лихорадки и других вирусных заболеваний, что в значительной степени и обусловило большой интерес к изучению путей распространения этого насекомого. Подробнее о переносимых им инфекциях мы еще расскажем. А сейчас лишь отметим, что тропический комар распространен в тропиках и субтропиках всего земного шара, за исключением некоторых небольших тихоокеанских островов, Японии и Новой Зеландии.

В умеренных широтах наиболее распространен комар Aedes vexans, это самый многочисленный вид и в ЧССР. Именно он чаще всего нападает на человека и является важнейшим переносчиком арбовирусов. Пока что у этого вида нет чешского названия. Но поскольку латинское название трудно выговорить и сложно запомнить, а нам придется еще много раз упоминать об этом комаре, будем впредь именовать его массовым комаром: его численность порой невероятно велика в затопляемых, пойменных районах Южной Моравии и Южной Словакии, что и дало повод говорить о "комариных напастях".

Комариную напасть обусловливает стечение двух основных обстоятельств: во-первых, паводки, разливы в нижних течениях рек на низменностях, особенно в области пойменных лесов, изобилующих открытыми просторами лугов, и, во-вторых, то, что комары из рода аэдес откладывают яички на твердую почву высохших очагов массового размножения, которые ещё только будут затоплены водой. И получается так, что великое множество яичек, откладываемых постепенно в течение довольно длительного отрезка вегетационного периода, сообща ждёт удобного момента, который наступит будущей весной. В низовьях Моравы и ее притока Дие, равно как и в Словакии вдоль глухих рукавов Дуная и в нижнем течении Вага или по берегам Бод-рога, Латорицы и Уга вода разливается весной (а иногда и несколько раз в году) по пойменным лесам и лугам, образуя спокойные стоячие водные поверхности, покрывающие места прошлогодних яйцекладок комаров. Такие водные поверхности могут занимать многие квадратные километры. В течение двух-трех недель постепенно отступающие водоемы превращаются в один гигантский очаг. Для большей наглядности можно сказать, что в литературе имеются сведения о том, что плотность комариных личинок подчас достигает 50 тысяч на один квадратный метр! Паводковые воды медленно опадают, вода прогревается, личинки в очаге сгущаются, но это им ничуть не вредит. На дне затопленных лугов достаточно остатков прошлогодней растительности, служащей источником пищи. Повышающаяся температура (а возможно, отчасти и пространственный стресс) только ускоряет развитие.

Затопление очагов происходит по всей местности в относительно короткий промежуток времени, что и отдельные стадии комаров развиваются практически одновременно. Численность комаров пазу достигает высшей точки. Обычно спустя дней двадцать после половодья начинают выводиться огромные массы комаров, а доминирует среди них Aedes vexans.

Конечно, у нас никогда не будет ситуации, подобной той, какую мы видели с вами в Лапландии Сибири. Количество комаров может быть таким же несметным, а вот источник пищи для них не столь редкий и недоступный, как там. В пойменных лесах много животных, которые в период массового лёта комаров неимоверно страдают от них. Лучший наш знаток комаров Й. Крамарж наблюдал, как косули, спасаясь от комаров, погружались в заводи: из воды торчал только кончик носа косули. Крамарж отмечает также случаи, когда детеныши косули были искусаны до смерти. Комары мучают укусами и людей, а в окрестностях затопляемых районов расположены сельскохозяйственные угодья, так что это густонаселенные места. А нападают комары не только на каждого, кто приближается к их местам обитания; в период массового лёта они заполоняют населенные пункты, проникают в хлева и жилые помещения, ищут случая напиться крови.

По делам службы и нам не раз приходилось бывать в пойменных лесах в период комариных напастей. Картина всегда была одна и та же. Комары набрасывались уже на дальних подступах к лесу, в нескольких сотнях метров от его зеленой стены, причем в любое время суток. Лес же казался спокойным и приветливым, как всегда. Но только мы входили в него, начинался сущий ад. Достаточно было шевельнуть ветками кустов или стеблями высоких трав, и из леса как будто поднимался дым - это взвивались тучи голодных, подстерегающих комаров. Для полного сходства с пожаром не хватало разве лишь пламени. Ощущение же палящего, жгучего жара вполне убедительно создавали комариные уколы. В такие минуты у человека темно в глазах и такое чувство, что еще чуть-чуть, и сойдешь с ума, особенно если надо еще и сосредоточенно продолжать работу.

Размеры весенних паводков не каждый год одинаковы. Если затопило не всю поверхность очагов и часть яичек комаров осталась на суше, с яичками ничего не случится, они подождут подходящего случая, который может представиться на следующий год. Яички массового комара могут вот так ждать по 6-7 лет. Однако интенсивность комариных напастей в наше время значительно упала. Свою роль здесь сыграли санитарно-гигиенические мероприятия, многократно проводившиеся в недалеком прошлом с самолетов, но главное - это благоустройство местности, направленное на отвод в кратчайшие сроки паводковых вод. Изменился весь уклад жизни населения этих мест, да и причины, приводящие людей в пойменные леса, стали теперь несколько иными. А вот как рассказано о комариной напасти в книге Б. Росицкого и Й. Вейсера, которые 30 лет назад занимались изучением комаров в пойменных лесах у слияния Моравы и Дие: "Массовый лёт комаров начинается в конце мая, а в более теплые годы уже с середины мая. В эту пору в лес вообще не войти, все работы по вывозке древесины из леса и все крестьянские работы прекращаются. В лес рискнет войти разве что пеший (животных с повозками в лес и на аркане не затащишь), да и то вооружившись горшками с горящими сырыми листьями, чей дым отгоняет комаров. В течение нескольких дней комары проникают в хлева и жилье по всей широкой округе. Войдя раз в такой хлев днем, мы обнаружили на трех стенах напротив дверей почти сплошной темный слой комаров - представителей массовых видов. В углу над дверями вихрем метался в проникающем воздухе клуб комаров. Скота в хлеву не было, потому что на дворе комары одолевали меньше, чем в хлеву. На ночь в хлеву зажигают мокрую траву, дымом изгоняют комаров и только после этого в хлев заводят скот. Ночью хозяин обязательно встает и еще раз окуривает хлев, потому что туда тем временем проникла новая масса комаров, и животные ревут от боли и рвут привязь, пытаясь убежать от мучителей. После утреннего проветривания или же окуривания хлева там до самого вечера царит спокойствие. До введения защитных опрыскиваний в период комариных напастей все молоко и молочные продукты пахли дымом, так же как пропитаны дымом были и все жилища крестьян.

К основным массовым видам относятся комары Aedes vexans, Aedes sticticus, Aedes excrucians, Aedes cantans, Aedes flavescens. Главное убижище этих комаров - пойменный лес, где они в неисчислимом множестве сидят на растениях нижнего, приземного яруса. При появлении на опушке леса человека поднимаются сначала десятки, вскоре сотни, а стоит притронуться к кустам - сразу же тысячи комаров, они окружают нарушителя со всех сторон, роятся около него, и на солнце кажется, что идет густой снег. Садятся на одежду в таком количестве, что ее иногда даже и не видно. Забираются в нос, глаза и рот, и незадачливому посетителю приходится пускаться наутек... С начала комариной напасти численность насекомых постепенно убывает, пока реки снова не разольются и не появятся на свет новые полчища. Любой дождь сразу же отражается на снижении популяции комаров. Сезон массового лёта на лугах заканчивается обычно после сенокоса, а в лесах - к концу лета, т. е. в августе и сентябре".

Вплоть до 1959 г. мы полагали, что после того, как малярия в ЧССР ликвидирована, подобные комариные напасти - это единственный вред, приносимый комарами человеку и животным. Но в это время было сделано открытие, означавшее для медицинской энтомологии в Европе то же, что означало открытие Мансона для всего мира: от массовых комаров Aedes vexans и Aedes caspius был выделен неизвестный ранее вирус - первый вирус, переносимый в Европе комарами. Необходимо было пересмотреть воззрения на наших комаров как на просто мучителей, изводящих людей укусами. Это ознаменовалось заметным оживлением интереса к изучению комаров и принесло ряд других важных для здравоохранения результатов.

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2010-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://insectalib.ru/ 'Насекомые - библиотека по энтомологии'

Рейтинг@Mail.ru